Версия для печати

Ал-байан фи тафсир ал-Кур’ан

Разъяснение о толковании Корана

2015 Дек 11

Важное сочинение в области толкования Корана и коранических наук. Автором является современный шиитский факих Айат Аллах Сеййид Абу-л-Касим Хоййи (ум. в 1371/1992 г.). Сочинение включает в себя разделы, посвящённые различным вопросам коранистики, в том числе теории чудесного происхождения Корана, теории отмены и возможности исправления, а также толкование суры «Хамд». Несмотря на то, что автор поставил своей целью представить толкование и других коранических сур, «ал-Байан» содержит только толкование суры «Хамд». В действительности, сборник является плодом лекций, читанных Айат Аллахом Хоййи в «Хаузат ‘Ильмийа» в Наджафе (см.: Хоййи. Му‘джам риджжал ал-хадис, т. 22, с. 19).

Автор вначале вкратце рассказывает о своём методе толкования, а затем в первой главе, носящей название «Мудрость Корана», на основании священных айатов поясняет значение Корана, а также показывает необходимость размышления над ним. Во второй главе, «Чудесное происхождение Корана», объясняются лексическое и терминологическое значения слова «чудо», а также рассматривается его отличие от слова «колдовство». Автор считает величайшим чудом то, что Коран оказался в состоянии соперничать с сильнейшим религиозным течением своей эпохи. Поэтому, разъясняя значение красноречия и ораторского искусства в эпоху джахилийи, автор сочинения доказывает превосходство и неподражаемость Корана на протяжении веков в стилистике и способе изложения возвышенных истин. Говоря о границах неподражаемости Корана, автор ссылается на мусульманское законодательство и сообщения из мира сокрытого (с. 33—77). С давних пор некоторые полагали, что местами в стилистике Корана попадаются выражения, не соответствующие требованиям изящной речи (Ибн Кутайба, с. 22). Автор в отдельной главе (с. 81—99) разбирает ряд спорных вопросов, касающихся данной темы, и разрешает их, опираясь на исторические свидетельства. В другом своём сочинении, «Нафахат ал-и‘джаз» («Дуновения чуда»), Хоййи отвечает американскому писателю, который в книге, подписанной, несомненно, псевдонимом Насир ад-Дин Зафир и озаглавленной «Хусн ал-и‘джаз» («Лучшее из чудес») (Баллок, 1912), вступает в полемику с Кораном (ал-Байан, с. 93—94; см.: Ака Бузург Тихрани, т. 24, с. 246).

Проблема вариантов чтений Корана, с давних пор имеющая особое значение, также подробно рассматривается в «ал-Байане». Автор определяет то место, которое отводили рецитации исследователи Корана в своих теориях, а также, констатируя отсутствие единообразия в семи способах чтения, говорит: «Отсутствие единообразия в способах чтения известно шиитам, однако вполне вероятно, что это актуально для всех мусульман» (с. 123). Для подтверждения отсутствия единообразия в способах рецитации автор сначала перечисляет десять чтецов, а затем, подробно рассказав об их способах чтения, пишет: «Изучение жизненных вех чтецов, размышление над путями передачи способов чтения, а также обстоятельств их атрибуции, рассмотрение аргументации как самих чтецов, так и их последователей в пользу своих способов чтения, а также критики ими других способов, отрицание многими исследователями некоторых из этих способов чтения (примеры чего приводятся) показывают, что эти способы чтения лишены единообразия» (с. 126—157). Далее автор подвергает критике доводы в пользу устойчивости способов чтения и показывает всю их безосновательность (с. 157—160). Автор, между прочим, доказывает, что все эти доводы подтверждают единообразие Корана, а не способов его чтения — разница между этими двумя положениями очевидна. Отвергнув единообразие в способах чтения, в продолжение темы автор констатирует отсутствие связи семи способов чтения с хадисом «Семь букв» («Ахруф саб‘а»), доказывая, что данный хадис, каким бы значением он ни обладал, не имеет никакого отношения к тематике семи способов чтения Корана. В подтверждение своей точки зрения автор книги приводит мнения ряда крупных нешиитских экзегетов и исследователей Корана, ссылающихся, в частности, на задержку в несколько веков в деле установления семи способов чтения Ибн Муджахидом (с. 163). Подвергнув критике аргументацию в пользу единообразия способов чтения, автор, ссылаясь на предание из «ал-Кафи», утверждает, что во время совершения намаза правильным является тот способ чтения, который был распространен в эпоху имамов — мир им! (с. 167). Споры относительно хадиса «Семь букв» ведутся очень давно (см.: Хасан Зийа’ ад-Дин ‘Итр). Приведя все варианты этого хадиса и подвергнув их критическому рассмотрению, автор поясняет, что ввиду шаткости и противоречивости преданий, а также невозможности свести их воедино, принятие их невозможно (с. 171—193). Поэтому он решительно отвергает все варианты хадиса «Семь букв» (критику этой точки зрения см.: Шахин, с. 29—32).

Важнейшей темой, затрагиваемой в «ал-Байане», является невозможность искажения Священного Корана. Пояснив смысл слова «искажение» (тахриф), а также показав его различные значения и границы употребления, автор выявляет спорные места в данной теме. Объяснив, что исследователи никогда не доверяли искажениям, автор считает сочинение «Насх ат-тилават» («Отмена чтения») своего рода искажением Корана. Для подтверждения невозможности искажения Корана автор ссылается на айаты, сунну, предания о достоинствах коранических сур и преимущества вариантов чтения Корана (с. 207—235). Кроме того на основании исторических свидетельств, а также жизненного уклада мусульман автор сочинения считает искажения невозможными. Хоййи описывает и критически рассматривает проблемы, с которыми столкнулись некоторые ученые при изучении данной темы. Заслуживают внимания рассуждения автора о Коране ‘Али — мир ему, а также документированная критика содержательной части преданий. Одним из важнейших аргументов сторонников теории искажения Корана является сложение его текста. Они считают, что, поскольку текст Корана не был сведен воедино при жизни Пророка — да благословит Аллах его и род его и да приветствует, то в период собирания текста в эпоху халифов появились искажения. Таким образом Хоййи переходит к теме собирания коранического текста. Подвергнув критическому рассмотрению предания, а также проанализировав границы данной темы и связанные с ней различные гипотезы, автор книги приходит к выводу, что текст Корана был собран в эпоху благородного Пророка в том самом виде, в котором существует и поныне (с. 239—259; см. также: Тахриф).

Автор сочинения доказывает неповрежденность, надежность и боговдохновенность Корана и переходит к «внешним доводам»: здесь он приводит аргументы, основанные на логике, Коране и преданиях. Затем Хоййи излагает аргументы тех, кто считает, что для Корана не существует никаких «внешних доводов». Вот некоторые из этих аргументов: Коран обращен только к имамам — мир им; использование внешней формы выражения айатов и ссылка на нее есть толкование с опорой на собственное мнение, что является запретным; мудрость Корана весьма глубока и непостижима; наконец, угроза искажения текста Корана и контекстуальных потерь. Хоййи, в предыдущих главах подвергший критике доводы в пользу теории искажения, в данной главе снова критикует эти аргументы, подтверждая наличие внешних доводов в пользу неповрежденности текста Корана (с. 263—273). При изложении темы о внешних доводах, которые в действительности сводятся к доводам в пользу целостности айатов, затрагиваются вопросы «отменяющих» коранических айатов.

Таким образом, автор обращается к теории отмены. С одной стороны, он принимает её в самой своей основе, а с другой, изучив важнейшие доказательства этой теории, иногда распространяемые на 214 айатов (Ахмад б. Мухаммад Наххас; Мустафа Зайд, т. 1-2, гл. 3), а также подвергнув критике и отвергнув домыслы исследователей Корана, в конце концов признаёт отмену только одного айата — «Наджва» («Тайная беседа»; сура «Препирательство» 58:12). После теории отмены Хоййи обращается к теме возможности изменения божественного мнения (бада’) и излагает шиитскую точку зрения по этому вопросу (с. 277—394).

Ещё одна тема рассматриваемой книги — основы коранической экзегетики. Здесь автор, опираясь на собственный кругозор, признаёт толкования экзегетов ненадёжными и подтверждает это ссылками на свидетельства различных сочинений, тщательным анализом значения тех или иных слов в арабской литературе, а также демонстрируя немалое остроумие. Хоййи высказывает особую точку зрения относительно достоверных преданий, толкующих айаты, а также разрешает трудности, связанные с принятием для экзегезы только «предания одного» (хабар-е вахед) и доводов в его пользу (с. 397—402). Давний спор между му‘тазилитами и аша‘ритами о сотворенности и несотворенности Корана завершает раздел книги, посвященный коранистике. Автор считает, что этот спор был заимствован мусульманской культурой, и признает его влиянием, оказанным греческими философскими диспутами в области распространения ислама. Здесь Хоййи критикует точку зрения аша‘ритов и считает более надежным мнение му‘тазилитов и шиитов о несотворенности Слова Аллаха (с. 405—413).

Завершает книгу раздел, содержащий экзегезу суры «Хамд»: здесь автор истолковывает айаты в контексте Корана и сунны, а также на основе анализа арабской лексикологии и литературы. Весьма полезным и поучительным является лексический анализ слова ‘ибадат («поклонение»), а также анализ басмалы с точки зрения юриспруденции. В толковании местами просматриваются юридические взгляды автора и его методологическая точность.

В Приложениях к книге речь идёт о хадисе «Сакалайн», переводе Корана, воле и предопределении, божественном заступничестве и пр. (с. 499—528).

Автор «ал-Байана» во вводных частях своей книги, а также при толковании суры «Хамд» очевидно испытал влияние богословских взглядов своего учителя ‘Алламы Балаги, изложенных в сочинении последнего «Ала’ ар-Рахман» («Дары Милостивого»).

Влияние рассматриваемой книги в коранистике, особенно в области теории невозможности искажения текста Корана, заметно настолько, что целый ряд сочинений можно признать сокращённой или расширенной версией «ал-Байана». Обращение к книге суннитских учёных и исследователей Корана также свидетельствует о широком распространении этого сочинения (см. также: Шахин; Руми, т. 1, с. 190 и далее).

«Ал-Байан» был впервые опубликован в Наджафе в 1375/1954 г. (Мушар, т. 1, с. 241). Хашем Хашем-заде Хариси и Мухаммад-Садек Наджми перевели его на персидский язык под названием «Байан дар ‘улум ва маса’ел-е кулли-йе Кур’ани» («Разъяснение по кораническим проблемам и наукам»). В 1410/1989 г. в Исламабаде был опубликован полный перевод книги на урду, выполненный Мухаммадом Шафа’ Наджафи. Кроме того, две главы из «ал-Байана» — «Собирание и сложение текста Корана» и «Защита текста Корана от искажения» — были опубликованы на английском языке Асгаром ‘Али Джа‘фаром в 1987 г. Глава «Внешние доводы единства текста Корана» была опубликована в 1989 г. в журнале «ат-Таухид» («Единство») в переводе Муджахеда Хусейна. Издательство Оксфордского университета в 1998 г. опубликовало полный английский перевод «ал-Байана», выполненный ‘Абд ал-‘Азизом Сашадина.

Лит: Мухаммад Мухсин Ака Бузург Тихрани, Аз-Зари‘а ила тасаниф аш-ши‘а, Бейрут, 1403/1983; Ибн Кутайба, Та’вил мушкил ал-Кур’ан, 1393/1973; Абу ал-Касим Хоййи, Ал-Байан фи тафсир ал-Кур’ан, Бейрут, 1408/1988; Его же, Му‘джам риджжал ал-хадис, Бейрут, 1403/1983; Фахд б. ‘Абд ар-Рахман Руми, Иттиджахат ат-тафсир фи-л-карн ар-раби‘ ‘ашара, Рийад, 1407/1987; Мустафа Зайд, Ан-Насх фи-л-Кур’ан ал-Карим, Бейрут, 1391/1971; ‘Абд ас-Сабур Шахин, Та’рих ал-Кур’ан, Каир, 1966; Хасан Зийа’ ад-Дин ‘Итр, Ал-Ахруф ас-саб‘а ва манзалат ал-кира’ат минха, Бейрут, 1409/1989; Ханбаба Мушар. Му’аллефин-е кутуб-е чапи-йе фарси ва ‘араби, Тегеран, 1340—1344/1961—1965; Ахмад б. Мухаммад Наххас, Ан-Насих ва-л-Мансух фи-л-Кур’ан ал-Карим, Каир, 1407/1987.

Мухаммад-‘Али Махдави Рад

Источник: www.alquran.ru

Последнее изменение 2015 Дек 11