Фонд исследований
исламской культуры

Хуруф мукатта‘а: разрозненные буквы в Коране

2016 Апр 06

Хуруф мукатта‘а — это комбинации букв, с которых после басмалы [1] начинаются 29 сур Корана и которые читаются раздельно. Например, «алиф-лам-мим», «йа-син» и «сад». Эти буквы также называют «мукатта‘ат» [2] (разрозненные), «хуруф ал-фаватих» (открывающие буквы), «ава’ил ас-сувар» [3] (началы сур) и «фаватих ас-сувар» (открывающие суры) [4]. Западные исследователи Корана называют их «таинственными буквами» [5]. Названия «фаватих ас-сувар» и «ава’ил ас-сувар» более удачны, так как в принципе представляют собой часть начальных фрагментов сур [6]. Все суры, которые начинаются мукатта‘атами, были ниспосланы в Мекке, за исключением суры «Корова» и суры «Семейство ‘Имрана», которые были ниспосланы в Медине в первые годы переселения. Согласно куфийской школе, которая ссылалась на ‘Али ибн Аби Талиба [7], мукатта‘аты в некоторых случаях считаются отдельными сурами [8], а в других — нет [9].

В прошлом специалисты пытались связывать смысл этих букв с противостоянием иудеев с Пророком в то время, когда ниспосылался Коран. Однако мы не имеем каких-либо достоверных сведений о том, что сподвижники спрашивали об этом у Пророка или получали от него какой-то ответ. По мнению Ибн Хаджара ‘Аскалани, причина этого кроется в том, что смысл этих букв был им ясен и очевиден [10].

Эти буквы всегда занимали умы учёных и исследователей Корана. Мало найдётся книг по толкованию Корана, где эта тема не затронута. По ней даже написаны отдельные труды, такие как «ал-Хуруф ал-мукатта‘а фи ал-Кур’ан» ‘Абд ал-Джаббара Шарары (Кум, 1414 г.л.х.), «Ава’ил ас-сувар фи ал-Кур’ан ал-карим» ‘Али Насуха Тахира (Амман, 1333 г.с.х.) и «И‘джаз ал-Кур’ан: тахлили амарии хуруфи мукатта‘а» Рашшада Халифы (Шираз, 1365 г.с.х.). Однако в виду того, что в арабском языке эти буквы не дают иного смысла, кроме своих названий как букв алфавита, а также отсутствия ясных высказываний Пророка о них, учёные разошлись во мнениях. Одни утверждают, что согласно некоторым преданиям «эти буквы часть тех тайн, которые известны лишь Аллаху» [11], и потому дистанцируются от всяких размышлений и высказываний на эту тему [12]. Другие считают, что они есть некая тайна между Аллахом и Его посланником, которую Аллах открыл только ему [13]. Таково было мнение и Имама Джа‘фара Садика [14]. Некоторые сторонники этой идеи при этом считают эти буквы одними из «неясных айатов», смысл которых известен лишь Богу [15]. Об этом также говорится в шиитских преданиях [16]. Третьи говорят, что под словом «иносказательные» в седьмом айате суры «Семейство ‘Имрана» подразумеваются именно эти буквы [17]. Ниспослание этого айата было связано с тем, что иудеи хотели путём подсчёта мукатта‘атов выявить сколько лет просуществует ислам, а Пророк, читая фаватихы последовательно, запутал их.

Однако между иносказательными айатами и разрозненными буквами много различий. Потому что первые несут очевидную смысловую нагрузку, что-то подтверждают, что-то опровергают, а последние не таковы. Другими словами, в Коране иносказательные айаты идут в противовес ясно изложенным. Название «иносказательные» указывают на то, что эти айаты имеют лексическое значение, а их истинный смысл отожествляется с иносказательным, а мукатта‘аты не имеют таких значений и смыслов. Таким образом, они вне категории «ясные — иносказательные» [18]. Однако Абу Зайд, ссылаясь на то, что произношение мукатта‘атов ни на что не указывает, считал некоторые из этих букв иносказательными айатами, смысл которых понятен лишь Богу.

Наряду с этими мусульманскими учёными есть и другие, которые дали этим буквам иные интерпретации. Некоторые считают мукатта‘аты названиями сур [19]. Такое мнение, которое Туси и Табраси считают самым удачным толкованием этих букв, высказывали Убайй ибн Ка‘б, Хасан Басри и Зайд ибн Аслам [20]. Таков же был взгляд Халила ибн Ахмада и Сибавайха [21]. Однако нельзя считать это мнение верным, так как некоторые суры начинаются одинаковыми буквами. Несмотря на то, что некоторые толкователи и исследователи Корана дали свои разъяснения этому противоречию [22], его всё же трудно устранить [23]. Кроме того, широкая известность сур под другими названиями, такими как «Корова», «Семейство ‘Имрана» и т.п. среди сподвижников и их последователей в последующих поколениях лишь подтверждает несостоятельность этого мнения [24].

Катада, Муджахид, Ибн Джурайдж, Судди и Калби считали мукатта‘аты названиями Корана так же, как и «Фуркан» (Различение) и «Зикр» (Напоминание) [25]. Ибн ‘Аббас и ‘Икримы говорили, что они суть имена Бога, которыми Он клянётся [26]. Аргументируя эту идею, они ссылались на предание от Имама ‘Али, в котором он говорит: «О, Каф-Ха-Йай-‘Айн-Сад, прости меня». Однако Ахфаш считал, что Господь приносит клятву этими буквами потому, что буквы сами по себе благородны, так как ими написаны все небесные книги на разных языках [27].

Еще одно мнение принадлежит Муджахиду. Согласно ему, мукатта‘аты это начало сур, т.е. они указывают на начало одной и конец другой суры [28]. Другие сказали, что это буквы алфавита, и что Господь ограничился упоминанием лишь этих, а не всех 28, как, например, говорят «такой-то учит алиф-ба-та», имея в виду алфавит, или говорят «Кифа набки...», имея в виду поэму Имру’ ал-Кайса [29].

Однако самое древнее и наиболее популярное толкование этих букв заключается в том, что арабы должны были осознать, что чудесный Коран состоит из тех же букв и слов, которыми они говорят и пишут, и что если они сомневаются в его божественности, то пусть напишут нечто ему подобное [30]. Такое мнение бытует и в шиитских источниках [31]. Сайид Кутб вообще посчитал это мнение единственным достойным упоминания [32]. И более того, согласно Табатаба’и [33], некоторые толкователи в прошлом, основываясь на этом мнении, утверждали, что именно мукатта‘аты и есть «ясно изложенные» айаты, а остальные айаты Корана «иносказательные». Потому что мукатта‘аты это основа, на которой зиждутся все остальные айаты. Сторонники этого мнения основывают свои воззрения на некоторых тонких и деликатных замечаниях [34]. Но в то же время следует помнить, что оно зиждется на двух основах. Во-первых, эти буквы такие же, как и все буквы арабского алфавита, которыми они говорят и пишут, и которыми написан сам Коран. Во-вторых, несмотря на это арабы не смогли создать нечто подобное ему. И потому ни в одном из этих двух случаев никакие символы, знаки и тайны не нужны [35].

Суйути писал, что мукатта‘аты указывают на то, что Господь сообщал иудеям и после них христианам, что ниспошлёт Мухаммаду такое писание, некоторые суры которого будут начинаться разрозненными буквами [36]. Некоторые шииты так же, как и сунниты, используя некоторые мукатта‘аты, составляют такие предложения, которые указывают на правильность именно их течения [37].

Ибн Мас‘уд, Ибн ‘Аббас и Ша‘би говорили, что эти буквы суть величайшее имя Бога [38]. Также Са‘ид ибн Джубайр говорил, что мукатта‘аты составляют величайшее имя Бога, и если люди сумеют правильно расставить их, то смогут прочитать его, однако мы не в состоянии это сделать [39]. Такой смысл содержится и в некоторых изречениях имамов [40].

Согласно одной из самых ранних теорий, мукатта‘аты это аббревиатура имён и качеств (в основном, Божьих имён и эпитетов). Причём каждая из этих букв имеет смой смысл, который отличается от смысла такой же буквы в другом месте. Такое мнение, которое высказывали Ибн ‘Аббас, Ибн Мас‘уд и некоторые другие сподвижники, а также Са‘ид ибн Джубайр [41], широко отражено в книгах по тафсиру и кораническим наукам. А затем оно послужило основанием для высказываний иных взглядов суфиями, хуруфитами и востоковедами. 

Согласно этой теории, каждая из этих букв указывает на одно из имён или качеств Аллаха. Например, буква «алиф» на «Аллах», «лам» на «Латиф» (Проницательный) или «мим» на «Маджид» (Славный) [42]. Также возможно, что мукатта‘аты в началах сур это аббревиатура целых предложений. Поэтому возможно, что «алиф-лам-мим» означает «Ана Аллах а‘лам» (Я — Аллах всеведущий), «алиф-лам-мим-сад» — «Ана Аллах а‘лам ва уфассил» (Я — Аллах знаю и решаю), а «алиф-лам-мим-ра» — «Ана Аллах а‘лам ва ара» (Я — Аллах знаю и вижу) [43]. В переводе тафсира Табари эта теория выражается и в переводе Корана, т.е. в некоторых местах мукатта‘атам даются переводы [44].

В некоторых шиитских сборниках по хадисам даются разные толкования мукатта‘атам, которые приписываются Имаму Садику [45]. Комментируя эти изречения, Табатаба’и пишет, что если они принадлежат непорочным имамам, то можно допустить, что эти буквы указывают на имена и эпитеты Аллаха, но не прямым образом, т.е. истинный высокий смысл этих таинственных букв скрыт и недоступен для нас, так как они выше нашего понимания [46]. Вероятно, это мнение перекликается с тем, что мукатта‘аты — это тайна между Аллахом и Пророком.

Муджахид считал эти буквы договорным слогом [47]. Однако его слова не очень понятны. Возможно, имеется в виду, что Господь предъявляет отличный от известного арабского алфавита порядок букв. Или, возможно, пересказчики допустили ошибку, потому что в другом месте передаётся «все начальные буквы сур – это разрозненные слоги» [48]. Если допустить, что последнее верно, то в таком случае Муджахид так же, как и Ибн ‘Аббас и другие, считает мукатта‘аты знаком сокращения.

Другая группа толкователей утверждает, что мукатта‘аты — это таинственные буквы, сопряжённые с символическим смыслом, основанным на количественном значении арабских букв, что называется «‘Адду Аби Джад» (Счёт Аби Джада) и «Хисаб Джумал» (Счёт предложений) [49]. Под влиянием иудеев, эти толкователи попытались связать эти буквы с датами основания и падения государств, жизнью и правлением разных племён, в частности с исламской уммой, и предсказать всё это [50]. Например, Мукатил ибн Сулайман (ум. 150 г.л.х.), сказал: «После некоторого высчитывания мы подсчитали, и в итоге получилось 744 года, и это продолжительность существования этой общины». Другой сказал: «Мы повторно посчитали, и получили цифру 693» [51]. В некоторых шиитских сборниках хадисов приводятся изречения имамов, где они дают толкования, основанные на количественном значении букв [52]. Однако они не согласуются с другими сообщениями, в которых такое допустимость такого толкования опровергается.

Современный исследователь ‘Али Насух Тахир убеждён, что количественное значение мукатта‘атов указывают на количество айатов одной или нескольких взаимосвязанных сур. Чтобы аргументировать свою точку зрения, он самовольно соединил между собой несколько сур, чтобы получить необходимое число. Например, он соединил 111 айатов 12 суры «Йусуф» со 120 мекканскими айатами 11 суры «Худ», чтобы получилось 231 айат, т.е. количественное значение мукатта‘ата «Алиф-лам-ра». Этими тремя буквами начинаются две вышеуказанные сура, а также 10, 14 и 15 суры, но Тахир не упоминает их. Следует отметить, что число айатов ни одной суры не совпадает с количественным значением мукатта‘атов и нигде количество основных или меканнских айатов, которые предлагает Тахир, не соответствуют современным изданиям Корана (например, с теми, которые издаются в Медине), не говоря о хронологической последовательности их ниспослания.

Толкование смысла мукатта‘атов на основе их количественного значения возвращается ко времени ниспослания Корана и диспутов иудеев с Пророком. Согласно некоторым источникам, высчитывая количественное значение этих букв, иудеи хотели определить продолжительности существования ислама [53]. Исследуя эти источники, можно выявить, что Пророк никогда не подтверждал верность такого толкования мукатта‘атов[54], и сами иудеи не были убеждены в правильности своих толкований.

Абу Бакр ибн ‘Араби, Ибн Хаджар ‘Аскалани, Ибн Халдун и некоторые другие учёные считали такое толкование неприемлемым. Чтобы опровергнуть такие воззрения, Ибн Хаджар ‘Аскалани ссылался на Ибн ‘Аббаса и говорил, что тот запрещал счёт Аби Джада и считал его колдовством, так как это не имело никаких шариатских основ [55]. Ибн Халдун считал такое толкование неприемлемым по двум причинам [56]. Во-первых, он не считал количественное значение букв естественным и разумным. Во-вторых, иудеи, которые первые высказали такое мнение, не имели достаточных знаний в этой сфере, и потому на них нельзя опираться [57].

Согласно ещё одной теории, каждая из «разрозненных букв» означает восклицательный знак. Поскольку язычники договорились между собой игнорировать Коран, и если кто-то будет читать его громко, то не слушать его и повышать свои голоса [58], постольку Бог начинает некоторые айаты этими буквами, чтобы привлечь к ним внимание и призвать к слушанию [59]. На вопрос, почему Господь не употребил известные восклицательные союзы, отвечают, что Коран не похож на людскую речь. Поэтому необходимо, чтобы восклицательные союзы были не общепринятыми, чтобы быть более красноречивыми и эффективными [60].

С точки зрения сторонников этой теории, непосредственное упоминание ниспослания Корана после этих букв свидетельствует о её верности, особенно потому, что все эти суры, кроме «Коровы» и «Семейства ‘Имрана» ниспосланы в Мекке. Даже эти две суры были ниспосланы в Медине в то время, когда между мусульманами и иудеями имели место жаркие дискуссии [61]. Один из богословов по имени Хуйи или Хуиби говорил, что, возможно, когда мысли Пророка были заняты преходящими проблемами, Всевышний повелевал Джибрилю читать суры с мукатта‘атами, чтобы привлечь его внимание [62]. Он, однако, не считал, что эти восклицательные союзы обращены не к самому Пророку, которого всегда переполняла духовная бдительность, а к язычникам, христианам и иудеям Мекки и Медины [63].

Один из современных учёных провёл статистическое исследование разделённых букв на компьютере. Подсчитав количество всех букв всех сур современных экземпляров Корана, он вывел абсолютное, процентное и среднее количество каждой из буквы из четырнадцати мукатта‘атов. Распределение этих букв в сурах настолько математически точны, что вне всяких сомнений такое не по силам человеку. Например, он подсчитал, что в суре «Каф» больше всего использована буква «каф», а в суре «Нун» — буква «нун» [64]. Это исследование, которое не выдвигает новой теории, но лишь нацелено на подтверждение выдвинутой в средние века теории [65], вызвало особый интерес многих исламских исследователей, в том числе иранских [66]. Однако во многих местах его итоги неоднозначны. Кроме того, современные экземпляры Корана и кира’аты отличаются от более ранних. Поэтому результаты этого исследования не кажутся неоспоримыми.

Некоторые толкователи Корана убеждены в верности всех вышеприведенных теорий. Они утверждают, что Господь начал некоторые суры мукатта‘атами, чтобы указать ими на множество смыслов, а не на один [67].

Мнение востоковедов о мукатта‘атах

Западные ориенталисты начали изучать смыслы мукатта‘атов после того, как Нёльдеке издал свою книгу «История Корана» в 1860 году. В этой книге он пишет, что эти буквы нельзя считать частью Корана. По его мнению, мукатта‘аты — это начальные буквы или аббревиатуры имён тех сподвижников, которые при жизни Пророка записывали ниспосылаемые айаты. Эти буквы были вписаны Зайдом ибн Сабитом тогда, когда он составил единый свод всех айатов Корана. Так, например, «алиф-лам-ра», что в тогда можно было читать как и «алиф-лам-зай» в виду отсутствия всяких точек в арабской письменности, указывало на аз-Зубайра. «Алиф-лам-мим-ра» — на ал-Мугийру, а «ха-мим» — на ‘Абд ар-Рахмана. С его точки зрения, эти буквы были вписаны потому, что последующее поколение мусульман, не зная их смысла, проявили невнимательность [68]. Эта теория долгое время пользовалась успехом в Европе, однако затем сам Нёльдеке отказался от неё и во втором издании своей книги уже не упоминал о ней [69]. Однако в 1901 году Хиршфельд в книге «Новые исследования» [70] поддержал теорию Нёльдеке. Но с той лишь разницей, что он связывал эти буквы с именами сподвижников несколько по-иному. Например, «ра» (который можно было читать и как «зай») это Зубайр, «мим» — это Мугийра, «ха» — Хузайфа, «сад» — Хафса, «каф» — Абу Бакр, «ха» — Абу Хурайра, «нун» — ‘Усман, «та» — Талха, «син» — Са‘д ибн Аби Ваккас, «‘айн» — ‘Умар, ‘Али, Ибн ‘Аббас или ‘А’иша и «каф» — Касим ибн Раби‘а. Он ссылался на то, что если бы эти буквы были в тексте Корана при жизни Пророка, то он непременно бы внёс свой вклад в определение структуры сур, а этого, как мы знаем, не было.

Как бы там ни было, эта теория не удовлетворила ни мусульман, ни западных учёных. Более того, Блашер счёл её непостижимым [71]. Как нам видится, мукатта‘аты, как минимум, не должны соотноситься с именами сподвижников Пророка [72]. Сам Нёльдеке изменил свою позицию после краткой, но плодотворной дискуссии с Лассом. Ласс считал, что эти буквы были только в последних мекканских и первых мединских сурах, т.е. в то время, когда, с его точки зрения, Пророк сближался с иудаизмом. В некоторых сурах начальные айаты указывал на эти буквы. Например, «Тилка айат ал-Китаб». Он считал, что эти буквы являются ключевыми словами или предложениями всей суры. Исходя из аргументов Ласса, Нёльдеке пришёл к выводу, что мукатта‘аты это часть откровения, но они имеют лишь таинственный смысл [73]. Через некоторое время Шавалли, принимая большинство доводов Ласса, отверг его теорию потому, что она была личностной. Так же он отверг последнюю теорию Нёльдеке, посчитав её спорной и неясной. Он считал, что мукатта‘аты всё же в той или иной степени связаны с писцами Пророка. Допуская, что мукатта‘аты являются частью откровения, он всё же утверждал, что некоторые из сур с этими буквами написал сам Пророк [74].

На основании теории Ласса возникло ещё две теории. В 1921 году Ганс Бауер привёл статистические данные в поддержку первой позиции Шавалли о том, что мукатта‘аты связаны с именами сподвижников. Однако он не поддержал его вторую точку зрения. Вместо этого он выдвинул неприемлемый список ключевых слов, на которые, якобы, указывали эти буквы. Так, он полагал, что «йа-син» означает «йас‘а» (спешить), которое упоминается в двадцатом айате той же суры, «сад» — «сафинат» (скакуны), которое упоминается в тридцать первом айате той же суры, а «каф» — «каринуху» (подобный), которое упоминается в двадцать третьем и двадцать седьмом айатах той же суры. Так же он искал внутреннюю и внешнюю связь между другими мукатта‘атами и текстом сур. Например, он говорил, что «та-син-мим» в сурах «Поэты» и «Рассказы» связаны с «Тур Синин» и Мусой, а «алиф-лам-мим» с «ал-Масани», так как суры, начинающиеся буквами «та-син» рассказывают о горе Синай и пророке Мусе. Однако с точки зрения Блашера, это простое совпадение, которое встречается не во всех сурах, и потому не стоит связывать эти буквы с содержанием сур. Но вместе с тем он называет Бауера первым, кто засомневался в верности такой интерпретации [75]. В 1923 году востоковед Гусенс выразил мнение, что мукатта‘аты — это аббревиатура забытых названий тем. Например, «каф» это Коран, а «нун» это ан-Нун (рыба) или Зу-н-Нун (одно из прозвищ пророка Йунуса) [76].

Теории Бауера и Гусенса вдохновили Морриса Сейла, автора книги «Коран и Библия». С его точки зрения, эти буквы указывают на смысл сур. Он был полностью согласен с Бауером в том, что «та-син-мим» подразумевает гору Синай и пророка Мусу, и с Гусенсом в том, что «алиф-лам-ра» подразумевает «ар-Русул» (посланников). Однако при толковании «алиф-лам-мим» он предпочёл слово «ал-Мау‘иза» (проповедь), а букв «йа-син» — имя пророка Йунуса. Очевидно, что при таком подходе можно выдвинуть множество теорий, которые не будут противоречить другим теориям, и именно такое множество теорий вынуждает востоковедов признать неэффективность своих теорий [77].

Джеймс Беллами в 1973 году написал статью «Таинственные буквы Корана: древняя и краткая форма басмалы», где выразил новое мнение о мукатта‘атах. Основываясь на мнении классических толкователей Корана о том, что «алиф-лам-ра», «алиф-лам-мим-ра», «ха-мим» и «нун» это некая форма ар-Рахмана (Милостивого) или ар-Рахима (Милосердного) или и того, и другого, заявил, что эти буквы составляют басмалу. Так же он выразил, что все разрозненные буквы являются сжатой формой басмалы. Чтобы аргументировать свою теорию, он предложил некоторые термины. Так, по его мнению, «та» и «каф» выражают букву «ба»; «сад» и «каф» — «мим»; «йай» — «б-и»; а «‘айн» — «би-с» или «син». Таким образом, на его взгляд, изменяя одну букву такие комбинации, как «та-мин-мим», «та-син», «та-ха», «йа-син», «алиф-лам-мим-сад», «сад» и «каф» могут преобразоваться в «басм», «бас», «ба», «бас» «алиф-лам-мим-мим» и «мим», что можно считать краткой формой басмалы. Согласно этой теории, «ха-мим, ‘айн-мин-каф» и «каф-ха-йай-‘айн-сад» остаются неизменными. Однако, на его взгляд, эти комбинации также могут измениться соответственно на «ха-мим, бисм» и «бах басм». По мнению Беллами, когда формула басмалы была впервые ниспослана в средних и последних мекканских сурах, писцы откровения записали её в разных сокращённых формах, и вписали в начале этих двадцати девяти сур. Затем составили единого свода Корана, не определив смысл этих букв, вписали их после формулы басмалы. Но теория Беллами, в частности предложенные им изменения, еще более слабы и личностны, чем теории его предшественников. Потому что, во-первых, не все мукатта‘аты были ниспосланы в Мекке. Во-вторых, весьма маловероятно, что неизвестные писцы составили краткие варианты басмалы, и ушли из жизни, не раскрыв их смысла своим последователям. В-третьих, если допустить верность такой теории, то и в таком случае у нас нет доводов в пользу того, что известные писцы Корана мединского периода ничего не знали об этих сокращенных знаках писцов мекканской эпохи [78].

Будучи убеждённым в том, что всякое предлагаемое решение таинственной загадки мукатта‘атов должно опираться на разумную теорию, согласующуюся со всем текстом Корана, Вельш приложил свои усилия, чтобы посредством сопоставления этих букв с текстом соответствующих сур, особенно начальных айатов, а также сравнения тех сур с соседними сурами решить эту таинственную загадку. Приводя список сур, в которых содержатся мукатта‘аты, и их начальные айаты, он подчёркивает два момента. Во-первых, мукатта‘аты оказали влияние на окончательную структуру Корана, т.е. группа сур с одинаковыми буквами, но различного объема, оказались рядом друг с другом. Во-вторых, эти буквы тесно взаимосвязаны с начальными айатами и "Книгой", а также после этих букв в той или иной форме говорится об откровении. Изучая тексты сур, он отмечает, что мукатта‘аты создают их ритм и динамику [79].

Несмотря на то, что среди теорий востоковедов есть и достойные размышления, но всё же большинство из них слабы и неоднозначны. Например, когда Шпренгер не смог найти подходящий аналог буквам «та-син-мим», он прочёл их наоборот, чтобы вышло «ла йамассуху илла ал-мутаххарун» [80], [81]. Возможно, среди ориенталистов Блашер выбрал самую мудрую позицию. Не удовлетворившись этими теориями, он называл их лишь игрой со смыслами.

Библиография

‘Абд ар-Рахман ибн Аби Бакр Суйути. ал-Иткан фи ‘улум ал-Кур’ан. Каир. 1967 г.

‘Али Шари‘ати. Равиш шинахти ислам. Тегеран. 1379 г.с.х.

ал-Хасан ибн ‘Али ал-‘Аскари. ат-Тафсир. Кум. Мадрасат ал-Имам ал-Махди. 1409 г.л.х.

Замахшари.

Ибн Халдун.

Ибн Хишам. ас-Сира ан-набавийа. Бейрут. «Дар ибн Касир».

Касим ибн Фира Шатиби. Назимат аз-зухр фи ‘адда’и ас-сувар. Египет. «Исма‘илийа». 2006 г.

Маджлиси.

Махмуд ибн ‘Абд Аллах Алуси. Рух ал-Ма‘ани. Египет. «Идарат ат-тиба‘а ал-мунирийа».

Махмуд Рамйар. Тарихи Кур’ан. Тегеран. 1362 г.с.х.

Махмуд Таликани. Партави аз Кур’ан. Тегеран. 1345 г.с.х.

Махмуд Шалтут. Тафсир ал-Кур’ан ал-карим. Тегеран. 1379 г.с.х.

Мустафа Закири. «Тарихчаи абджад ва хисаби джумал дар фарханги ислами». Журнал «Ма‘ариф». Год 1379 г.с.х. Сезон 17. Номер 2.

Мухаммад ибн ‘Умар Фахр Рази. ат-Тафсир ал-кабир. Каир.

Мухаммад ибн Бахадур Заркаши. ал-Бурхан фи ‘улум ал-Кур’ан. Бейрут. 1988 г.

Мухаммад ибн Джарир Табари. Джами‘ ал-байан ‘ан та’вил ай ал-Кур‘ан. Египет. 1954 г.

Мухаммад ибн Джарир Табари. Тафсир (Перевод, дошедший до нас со времён правления Мансура ибн Нуха Саманида 350-365 г.л.х.). Тегеран 1367 г.с.х.

Мухаммад ибн Мас‘уда ‘Аййаши. ат-Тафсир. Тегеран. 1380-1381 г.с.х.

Мухаммад ибн Тайиб Баклани. И‘джаз ал-Кур’ан. Каир. «Ахмад Сакр». 1977 г.

Мухаммад ибн Шах Муртада Файд Кашани. Тафсир ас-Сафи. Тегеран. 1416 г.л.х.

Мухаммад Рашид Рида. Тафсир ал-Кур’ан ал-хаким, также известный как «Тафсир ал-Манар». Каир. 1952 г.

Мухаммад Таки Шари‘ати Мазинани. Тафсири навин. Тегеран. Бюро по развитию исламской культуры.

Мухаммад Хусайн Табатаба’и. ал-Мизан фи тафсир ал-Кур’ан. Бейрут. 1971-1974 гг.

Мухаммад Хусайн Табатаба’и. Кур’ан дар ислам. Тегеран. 1361 г.с.х.

Наср Хамид Абу Зайд. Ма‘найи матн. Пер. на перс. Муртазы Кариминийа. Тегеран. 1380 г.с.х.

Рашшад Халифа. И‘джаз ал-Кур’ан: тахлили амарии хуруфи мукатта‘а. Пер. на перс. Мухаммад Таки Айат Аллахи. Шираз. 1365 г.с.х.

Сайид Кутб. Фи зилал ал-Кур’ан. Бейрут. 1967 г.

Субхи Салих. Мабахис фи ‘улум ал-Кур’ан. Бейрут. 1968 г.

Табраси.

Туси.

Хусайн ибн ‘Али Абу ал-Футух Рази. Рауд ал-джинан ва рух ал-джанан фи тафсир ал-Кур’ан. Мешхед. 1365-1376 г.с.х.

Regis Blachere. Introduction au Coran. Paris. 1977.

EI 2. s.v. "Al-Kur'an.4: structured: the mysterious letters". (by A.T. Welch).

Hartwig Hirschfeld. New research into the composition and exegesis of the Quran. London. 1902.

Theodor Noldeke. Geschichte des Qorans. Leipzig. 1909. repr. Hildesheim. 1981.

Источник: Энциклопедия исламского мира

[1] Термин для обозначения фразы, с которой начинается каждая сура Корана, кроме девятой: «Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного».

[2] См.: Маджлиси. Т. 89. С. 373.

[3] См.: EI 2. s.v. Al-Kur'an. 4.

[4] Табари. Комментарии к первому айату суры «Корова»; Салих. С. 234; Блашер. С. 144.

[5] См.: EI 2. s.v. Al-Kur'an. 4.

[6] См.: Суйути. Т. 3. С. 361.

[7] См.: Шатиби. С. 6.

[8] См.: «Корова», «Семейство ‘Имрана» и «Преграды».

[9] См.: «Йунус» и «Худ».

[10] Суйути. Т. 3. С. 30-31.

[11] См.: Туси. Т. 1. С. 48; Фахр Рази. Комментарии к первому айату суры «Корова»; Суйути. Т. 3. С. 24.

[12] Шалтут. С. 54.

[13] См.: Таликани. Т. 1. С. 49; Табатаба’и. Т. 18. С. 9.

[14] См.: Маджлиси. Т. 89. С. 384.

[15] См.: Фахр Рази; Суйути. Там же.

[16] См.: Туси. Там же; Табраси. Комментарии к первому айату суры «Корова».

[17] См.: Табатаба’и. 1390-1394 г.с.х. Т. 3. С. 32; Табатаба’и. 1361 г.с.х. С. 35-36; Абу Зайд. С. 315.

[18] См.: Шалтут. С. 58-61; Табатаба’и. 1361 г.с.х. С. 35; Абу Зайд. Там же.

[19] См.: Туси. Т. 1. С. 48-49; Табраси. Там же; Суйути. Т. 1. С. 662.

[20] См.: Табари. 1373 г.с.х. Там же; Туси. Там же; Абу ал-Футух Рази. Комментарии к первому айату суры «Корова».

[21] См.: Фахр Рази. Там же.

[22] См.: Табари. 1373 г.с.х. Там же; Туси. Т. 1. С. 49; Заркаши. Т. 1. С. 174; Таликани. Т. 1. С. 46.

[23] См.: Абу Зайд. С. 323.

[24] Шалтут. С. 55.

[25] См.: Табари. 1373 г.с.х. Там же; Туси. Т. 1. С. 47; Табраси. Там же; Фахр Рази. Там же. Суйути. Т. 3. С. 28.

[26] См.: Табари. 1373 г.с.х. Там же; Туси. Там же; Табраси. Там же.

[27] См.: Табраси. Там же; Абу ал-Футух Рази. Там же.

[28] См.: Табари. 1373 г.с.х. Там же; Туси. Там же; Суйути. Т. 3. С. 28.

[29] См.: Табари. 1373 г.с.х. Там же; Туси. Т. 1. С. 48; Табраси. Там же; Абу ал-Футух Рази. Там же.

[30] Туси. Там же; Табраси. Там же; Суйути. Т. 1. С. 665; Абу ал-Футух Рази. Там же.

[31] См.: ал-Хасан ибн ‘Али ал-‘Аскари. С. 62; Маджлиси. Т. 89. С. 377.

[32] Т. 1. Ч. 1. С. 38.

[33] 1390-1394 г.с.х. Т. 3. С. 33.

[34] См.: Баклани. С. 44-46; Замахшари. Комментарии к первому айату суры «Корова»; Заркаши. Т. 1. С. 165-170; Шари‘ати Мазинани. С. 48-49; Абу Зайд. С. 320-322.

[35] Шалтут. С. 56.

[36] Т. 3. С. 32.

[37] Файд Кашани; Алуси. Комментарии к первому айату суры «Корова»; Салих. С. 237.

[38] См.: Табари. 1373 г.с.х. Там же; Суйути. Т. 3. С. 27.

[39] См.: Табраси; Абу ал-Футух Рази. Там же.

[40] См.: Маджлиси. Т. 89. С. 375, 376 и 384.

[41] См.: Табари. 1373 г.с.х. Там же; Туси. Т. 1. С. 47-48.

[42] Табари. 1373 г.с.х. Там же; Заркаши. Т. 1. С. 173; Суйути. Т. 3. С. 24-25; Табраси; Абу ал-Фатух Рази. Там же.

[43] См.: Табари. 1373 г.с.х.; Табраси. Там же; Заркаши. Т. 1. С. 174.

[44] Т. 1. С. 199-200.

[45] См.: Маджлиси. Т. 89. С. 376-378.

[46] 1390-1390 г.с.х. Т. 18. С. 15.

[47] См.: Табари. 1373 г.с.х. Там же; Туси. Т. 1. С. 48.

[48] См.: Суйути. Т. 3. С. 26.

[49] См.: Табари. 1373 г.с.х.; Туси. Там же; Закири. С. 23-42.

[50] См.: Табраси. Там же; Суйути. Т. 3. С. 29-30; Таликани. Т. 1. С. 46-47.

[51] См.: Табраси. Там же.

[52] См.: ‘Аййаши. Т. 2. С. 2-3; Маджлиси. Т. 89. С. 376, 383-384.

[53] См.: Ибн Хишам. Ч. 2. С. 546; Табари. 1373 г.с.х. Т. 1. С. 93; ‘Аййаши. Т. 1. С. 26; Суйути. Т. 3. С. 29-30.

[54] Табатаба’и. 1390-1394 г.с.х. Там же.

[55] См.: Суйути. Т. 3. С. 30.

[56] Т. 1. С. 414.

[57] См.: Абу Зайд. С. 318.

[58] Коран. 41:26.

[59] См.: Табари. 1373 г.с.х. Там хе; Туси. Т. 1. С. 48; Табраси. Там же; Суйути. Т. 3. С. 31.

[60] См.: Суйути. Там же.

[61] См.: Шалтут. С. 61-64.

[62] См.: Суйути. Там же; Салих. С. 224; Вали Рашид Рида. Т. 8. С. 303.

[63] См.: Салих.

[64] См.: Халифа. С. 107, 120-121.

[65] Заркаши. Т. 1. С. 169.

[66] См.: Шари‘ати. С. 563-579.

[67] См.: Табари. 1373 г.с.х. Там же; Туси. Там же; Заркаши. Т. 1. С. 175; Абу Зайд. С. 323.

[68] См.: Т. 2. С. 72-73, 77-78.

[69] См.: Блашер. С. 147.

[70] С. 141-143.

[71] С. 148.

[72] См.: Рамйар. С. 333-392.

[73] См.: Т. 2. С. 73-77.

[74] См.: EI 2. s.v. Al-Kur'an. 4. Там же.

[75] С. 149.

[76] См.: EI 2. s.v. Al-Kur'an. 4. Там же.

[77] См.: EI 2. s.v. Al-Kur'an. 4. Там же; Блашер. С. 148-189.

[78] См.: EI 2. s.v. Al-Kur'an. 4. Там же.

[79] См.: EI 2. s.v. Al-Kur'an.4. Там же.

[80] Коран, 56:79.

[81] См.: Салих. С. 240; Блашер. С. 149.

Последнее изменение 2016 Апр 07